Большой адронный коллайдер: начало свинцового сеанса и обзор физических результатов эксперимента ALICE за 2015 год

На этой неделе на Большом адронном коллайдере начинается долгожданный сеанс столкновений ядер свинца, первый с 2011 года, когда была набрана основная статистика, позволившая получить много интересных результатов. Например, результаты по измерению подавления выхода нейтральных пи-мезонов, ставшие одной из тем моей диссертации. В нынешнем сеансе, которые пройдет в течение трех недель, начиная с этой, ядра свинца будут сталкиваться с рекордной энергией в 5 ТэВ на пару нуклонов. С точки зрения гидродинамических предсказаний особого изменения в наблюдаемых величинах (азимутальных потоках) не ожидается, но, тем не менее, новые данные, набираемые с высокой интенсивностью, позволят получить значительную статистику и провести анализы, которые в прошлый раз сделать не получалось (как раз-таки по причине низкой статистики). В общем, ожидания от этого сеанса большие, посмотрим, что получится.

А ниже я привожу обзор физических результатов, опубликованных коллаборацией ALICE в 2015 году (по аналогии с прошлогодним). Делался также для годовой отчетности перед МОН.

• Получены результаты по измерению новой наблюдаемой величины в процессах гашения струй в центральных Pb-Pb столкновениях при √sNN=2.76 ТэВ, которая основана на полу-инклюзивном выходе заряженных струй, образующихся вместе с противоположно направленным заряженным адронным триггером с высоким поперечным импульсом. Выход струи отдачи в центральных Pb-Pb столкновениях оказался подавленным по сравнению с выходом в pp столкновениях (см. Рис. 1). Не было обнаружено значительного расширения энергетического профиля из-за влияния среды в области 0.5 радиан относительно оси струи. Угловое распределение струи отдачи относительно оси триггерной частицы оказалось похожим в случае pp столкновениях и в центральных Pb-Pb столкновениях. Был исследован процесс отклонения струй на большие углы, благодаря которому может быть изучена природа квазичастиц в горячей кварк-глюонной материи [1].
• Были исследованы выходы быстрых (prompt) D-мезонов и распадных J/ψ мезонов как функция множественности заряженных частиц в неупругих протон-протонных столкновениях при энергии в системе центра масс √s=7 ТэВ. Результаты представлены на Рис. 2 в виде отношений выходов в заданном интервале множественности к выходам, интегрированным по множественности (относительные выходы). Относительный выход D-мезонов, как показано, увеличивается с ростом множественности заряженных частиц. Для событий с множественностью в 6 раз больше, чем средняя множественность в неупругих столкновениях, наблюдается усиление выхода в приблизительно 15 раз по сравнению с выходом, проинтегрированным по множественности, для неупругих столкновений. Усиление выхода не зависит от поперечного импульса в пределах неопределенностей измерений. Относительных выход D0-мезонов также был измерен как функция относительной множественности в области передних быстрот. По ди-электронному каналу распада в области центральных быстрот измерен вклад распадных J/ψ (то есть образовавшихся в результате B-распадов) в полный выход. Измерения проводились в области pT>1.3 ГэВ/с и |y|<0.9 и проводилась экстраполяция до нулевых импульсов. Доля распадных J/ψ в инклюзивных выходах J/ψ оказывается независящей от множественности заряженных частиц в области центральных быстрот. Относительные выходы очарованных и прелестных адронов показывают схожее увеличение с ростом множественности заряженных частиц [2].
• Получены первые результаты БАК по измерениям когерентного фоторождения ρ0-мезонов в ультрапериферических Pb-Pb столкновениях. Спектры инвариантных масс и поперечных импульсов рождения ρ0-мезонов исследовались в канале распада π+π− в области центральных бытсрот. Сечение рассеяния этого процесса в области быстрот |y|<0.5 оказалось равным dσ/dy=425±10(стат.) +42−50(сист.) мб (см. Рис. 3) [3].
• Получены результаты измерений разницы между отношениями зарядов и масс дейтронов и анти-дейтронов, а также ядер 3He и анти-3He, рожденных в Pb-Pb столкновениях при энергии в системе центра масс 2.76 ТэВ на пару нуклонов (см. Рис. 4). Эти прямые измерения отношений массы к заряду подтверждают CPT-инвариантность с рекордной точностью, ранее не достигавшейся в секторе легких ядер [4].
• Получены результаты по измерению сечения рождения заряженных струй в p-Pb стокновениях при √sNN=5.02 ТэВ (Рис. 5 снизу). Был использован алгоритм анти-kT, струи реконструированы в области центральных быстрот из заряженных частиц с параметрами разрешения R=0.2 и R=0.4. Был получен фактор ядерной модификации струй RpPb для области поперечных импульсов 20≤pT,ch jet≤120 ГэВ/c (Рис. 5 снизу), который оказался равным единице в пределах ошибок измерений, что указывает на отсутствие эффектов влияния холодной ядерной материи на процесс рождения струй [5].
• Получены результаты по измерению зависимости от поперечного импульса фактора ядерной модификации RAA и зависимости от центральности среднего поперечного импульса инклюзивных J/ψ в Pb-Pb столкновениях при √sNN = 2.76 ТэВ в канале распада e+e− в области центральных быстрот (|y|< 0.8) (Рис. 6 справа-снизу). Величина оказалась значительно меньше, чем наблюдавшаяся в pp столкновениях при той же энергии в системе центра масс (Рис. 6 справа-сверху). В соответствии с этим, наблюдается и увеличение фактора ядерной модификации RAA при низких pT. Эти наблюдения могут указывать на то, что вклад коалесценции очарованного кварка в процесс образования J/ψ является значительным. Кроме того, была измерена доля распадных J/ψ-мезонов от распадов прелестных адронов, fB, в области 1.5< pT< 10 GeV/c для трех интервалов по центральности (Рис. 6 слева-сверху). Значительной зависимости fB от центральности обнаружено не было. Наконец, был измерен фактор ядерной модификации распадных J/ψ-мезонов и проведено сравнение с модельными предсказаниями (Рис. 6 слева-снизу). Фактор ядерной модификации в области 4.5< pT< 10 ГэВ/с оказался сильнее, чем предсказывалось моделями [6].
• Получены результаты по измерению коэффициента эллиптического потока v2 идентифицированных частиц, рожденных в Pb-Pb столкновениях при √sNN = 2.76 ТэВ. Результаты были получены методоми скалярного произведения и двухчастичных корреляций, используя зазор по псевдобыстроте |Δη>0.9| между идентифицированным адроном и референсными частицами. На Рис. 7 представлены результаты для следующих частиц: π±, K±, K0S, p, p, ϕ, Λ+Λ, Ξ−+Ξ+ и Ω−+Ω+ в нескольких диапазонах центральности. В области низких поперечных импульсов pT<2 ГэВ/c наблюдается зависимость v2(pT) от массы частиц, согласующаяся с гипотезой наличия эллиптического потока вместе с радиальным расширением системы в общем поле скоростей. Экспериментальные данные, полученные для π± и K хорошо описываются гидродинамическими расчетами, объединенными с моделью адронных каскадов (VISHNU), в центральных событиях. Однако те же расчеты не могут воспроизвести зависимость v2(pT) для p+p, ϕ, Λ+Λ и Ξ−+Ξ+. Для области поперечных импульсов выше 3 ГэВ/с частицы группируются по их типу, барионы и мезоны. Однако полученные экспериментальные результаты согласуются со скейлингом на число конституэнтных кварков лишь на уровне ±20% для pT >3 ГэВ/с [7].
• Получены результаты по измерению дифференциального сечения рассеяния заряженных струй, распределения фрагментации струй и формы струй в протон-протонных столкновениях с триггером минимального взаимодействия при энергии в системе центра масс √s=7 ТэВ (см. Рис. 8). Множественность заряженных частиц в струе монотонно возрастает с увеличением pT струи, что качественно согласуется с наблюдениями при более низких энергиях. Поперечные профили лидирующих струй исследовались с помощью распределений плотности радиальных импульсов, а также с помощью средних радиусов, содержащих 80% pT реконструированной струи. Исследовалась фрагментация лидирующей струи с параметром R=0.4 с использованием нормированного pT спектра составляющих частиц струи. Измерения сравнивались с модельными расчетами, проведенными с помощью генераторов событий (PYTHIA, PHOJET, HERWIG). Измеренные распределения радиальных плотностей хорошо описываются моделью PYTHIA (Perugia-2011). Распределения фрагментации лучше описываются моделью HERWIG [8].
• Были получены результаты по измерению pT-зависимости рождения J/ψ-мезонов в p-Pb столкновениях при √sNN=5.02 ТэВ в трех областях быстроты в системе центра масс, вплоть до нулевого поперечного импульса. На Рис. 9 показаны результаты в областях передних (2.03 • Получены результаты по измерению плотности первичных заряженных частиц по псевдобыстроте и их распределения по поперечному импульсу в p-Pb столкновениях при √sNN = 5.02 ТэВ и исследованы их корреляции с экспериментальными наблюдаемыми, чувствительными к центральности столкновений. Классы центральности определялись с помощью различных алгоритмов (см. Рис. 10), например, множественности заряженных частиц, измеренных в трех непересекающихся областях псевдобыстрот, а также с помощью энергии, измеренной при быстроте пучка. Описаны процедуры определения центральности, численно оценивающейся по числу нуклонов-участников (Npart) или по числу бинарных нуклон-нуклонных столкновений. Показано, что, в отличие от Pb-Pb столкновений, в p-Pb столкновениях большие флуктуации множественности вместе с малым количеством участников сильно влияют на определение классов центральности, если использовать методы, основанные на множественности частиц. Исследовалась зависимость выходов частиц от Npart, определенных по энергии при быстроте пучка. Наблюдается, что множественность на нуклон-участник, измеренная в области центральных быстрот, не зависит от числа нуклонов-участников в предположении, что множественность, измеренная в области быстрот в направлении Pb, пропорциональна числу Pb-участников [10].
• Получены результаты по измерению выходов первичных π±, K±, p и анти-p в области центральных быстрот (|y|< 0.5) в протон-протонных столкновениях при √s=7 ТэВ. Спектр поперечных импульсов представлен на Рис. 11, диапазоны поперечных импользов: от 0.1 до 3 ГэВ/с для пи-мезонов, от 0.2 до 6 ГэВ/с для каонов и от 0.3 до 6 ГэВ/с для протонов [11].
• Получены результаты по измерению силы передне-задних корреляций множественности в pp столкновениях при √s=0.9, 2.76 и 7 ТэВ. Измерения проводились в области центральных быстрот (|η|<0.8) для поперечных импульсов pT>0.3 ГэВ/c. Были выбраны два отдельных симметричных относительно η=0 окна по псевдобыстроте с шириной (δη) от 0.2 до 0.8. Сила корреляции множественности (bcor) исследовалась как функция зазора по псевдобыстроте (ηgap) между двумя окнами (см. Рис. 12), а также от ширины самих окон. Сила корреляции, как оказалось, уменьшается с увеличением ηgap и показывает нелинейную зависимость от δη. Было показано значительное увеличение силы корреляции с энергией столкновения, которую нельзя объяснить лишь увеличением средней множественности внутри окон [12].
• Получены результаты измерений двойных струй в p-Pb столкновениях при √sNN=5.02 ТэВ. Струи реконструировались по заряженным частицам, измеренным в центральной трековой системе ALICE и энерговыделении от нейтральных частиц в электромагнитном калориметре. Проекция поперечного импульса двух струй, kTy=pch+neT,jetsin(Δφdijet), где Δφdijet – это азимутальный угол между полной и заряженной струи, а pch+neT,jet – это поперечный импульс полной струи, используется для изучения эффектов ядерной материи в p-Pb столкновениях. На рис. 13 представлены измерения kTy двойной струи как функция поперечного импульса полной и заряженной струи, а также множественности частиц в событии. Не обнаружено значительного изменения величины kTy из-за эффектов ядерной материи в p-Pb столкновениях в зависимости от множественности частиц в событии или референсных распределений в PYTHIA8 [13].
• Получены результаты по измерению спектра поперечных импульсов и фактора ядерной модификации реконструированных струй в классах центральности 0-10% и 10-30% центральных Pb-Pb столкновений при √sNN = 2.76 ТэВ. Струи реконструировались из заряженных и нейтральных частиц, используя трековые детекторы ALICE и электромагнитный калориметр (EMCAL) методом анти-kT с параметром разрешения R=0.2. Полученный фактор ядерной модификации струй RAA (см. Рис 14) равен 0.28±0.04 в классе 0-10% и 0.35±0.04 в классе 10-30%, при этом он не зависит от pT,jet в пределах неопределенностей измерений. Полученное подавление находится в хорошем согласии с предсказаниями двух моделей с различными подходами к описанию эффекта гашения струй [14].
• Получены результаты по измерению множественных и псевдобыстротных распределений инклюзивных фотонов в области передних быстрот (2.3<η<3.9) в протон-протонных столкновениях при трех энергиях в системе центра масс: √s = 0.9, 2.76 и 7 ТэВ (см. Рис 15). Показано, что увеличение средней множественности фотонов как функция энергии пучка описывает как логарифмической, так и степенной функцией. Относительное увеличение средней множественности фотонов, рожденных в неупругих pp столкновениях при энергиях 2.76 и 7 ТэВ по отношению к 0.9 ТэВ составляет 37.2% ± 0.3% (стат.) ± 8.8% (сист.) и 61.2% ± 0.3% (стат.) ± 7.6% (сист.), соответственно. Фотонные распределения по множественности для всех трех энергий хорошо описываются отрицательным биномиальным распределением [15].
• Получены результаты фемтоскопического анализа пар идентичных пи-мезонов, измеренных в p-Pb столкновениях при √sNN =5.02 ТэВ. Фемтоскопические радиусы определялись в зависимости от множественности частиц в событии и импульса пары в трех пространственных измерениях. Радиусы увеличиваются с ростом множественности и уменьшаются с ростом поперечного импульса. При сравнимой множественности частиц радиусы, полученные в p-Pb столкновениях, для высоких множественностей и низких поперечных импульсов оказываются на 10-20% больше, чем радиусы, наблюдаемые в pp столкновениях, на меньше значений, полученных в ядро-ядерных столкновениях (см. Рис. 16) [16].
• Получены результаты измерений резонансов K*(892)0 и Φ(1020) в Pb-Pb столкновениях при √sNN = 2.76 ТэВ по их адронным распадам (см. Рис. 17). Измерения проведены в нескольких диапазонах центральности в области центральных быстрот (|y|<0.5) в диапазоне поперечных импульсов 0.3 < pT < 5 ГэВ/c для K*(892)0 и 0.5 < pT < 5 ГэВ/c для Φ(1020). Выходы K*(892)0 в центральных Pb-Pb столкновениях подавлены по отношению к pp и периферическим Pb-Pb столкновениям (что, возможно, объясняется перерассеянием продуктов распада в адронной среде), тогда как более долгоживующий Φ(1020) мезон оказывается неподавленным [17].
• Получены результаты по измерению рождения странных и дважды-странных резонансов (Σ(1385)±, Ξ(1530)0) в области центральных быстрот (|y|<0.5) в протон-протонных столкновениях при √s = 7 ТэВ (см. Рис 18). Поперечные спектры неупругих столкновений сравнивались с предсказаниями QCD-моделей, которые, в большинстве своем, предсказывают заниженные значения исследуемых величин. Проведен поиск пентакварка ϕ(1860), который распадается на Ξπ, но никаких свидетельств его существования получено не было [18].
• Получены результаты по измерению дифференциального сечение рождения электронов из полулептонных каналов распада адронов с тяжелыми ароматами в области центральных быстрот в протон-протонных столкновениях при √s=2.76 ТэВ в области поперечных импульсов 0.5 < pT < 12 ГэВ/с (см. Рис 19). Анализ проводился для событий с триггером минимального взаимодействия и с триггером от элетромагнитного калориметра. Предсказания пертурбативной КХД согласуются с полученными данными в пределах теоретических и экспериментальных неопределенностей [19].

Рисунки:
ALICE 2015 fig.1aALICE 2015 fig.1bALICE 2015 fig.1c
Рисунок 1 – ΔIAA, отношение Δrecoil в центральных Pb-Pb столкновениях к pp столкновениям при √s = 2.76 ТэВ, для R = 0.2, 0.4 и 0.5. Δrecoil для pp столкновений получены из расчетов в PYTHIA[1].

ALICE 2015 fig.2aALICE 2015 fig.2b
Рисунок 2 – Относительные выходы мезонов D0, D+ и D*+ для нескольких интервалов pT как функция множественности заряженных частиц в области центральных быстрот [2].

ALICE 2015 fig.3
Рисунок 3 – Сечение рассеяния когерентного рождения ρ0-мезонов, dσ/dy, в ультрапериферических столкновениях в трех моделях и сравнение с результатами эксперимента ALICE [3].

ALICE 2015 fig.4
Рисунок 4 – Отношение массы к заряду для d-анти-d (сверху) и 3He-анти-3He (снизу) как функция жесткости частиц [4].

ALICE 2015 fig.5aALICE 2015 fig.5b
ALICE 2015 fig.5c
Рисунок 5 – Сверху: фактор ядерной модификации RpPb заряженных струй для R=0.2 (слева) и R=0.4 (справа). Снизу: pT-дифференциальное сечение рассеяния образования заряженных струй в pPb столкновениях при энергии 5.02 ТэВ для R=0.2 (слева) и R=0.4 (справа). На нижней панели рисунков показано отношение данных к предсказаниям NLO pQCD [5].

ALICE 2015 fig.6aALICE 2015 fig.6b
ALICE 2015 fig.6cALICE 2015 fig.6d
Рисунок 6 – Слева сверху: зависимость fB от pT в области центральных быстрот в Pb-Pb столкновениях при √sNN = 2.76 ТэВ для |yJ/ψ|<0.8 и в pp столкновениями при √s = 7 ТэВ, |yJ/ψ|<0.9 в сравнении с результатами измерений экспериментами CDF (|yJ/ψ|<0.6), ATLAS (|yJ/ψ|<0.75) и CMS (|yJ/ψ|<0.9) [6]. Сверху справа: средний поперечный импульс инклюзивных J/ψ, измеренный в области центральных быстрот (|y|<0.8) в Pb-Pb и pp столкновениях при √sNN =2.76 ТэВ как функция числа нуклонов-участников . Снизу слева: фактор ядерной модификации RAA для небыстрых J/ψ в области центральных быстрот (|y|<0.8) в Pb-Pb столкновениях при √sNN = 2.76 ТэВ как функция поперечного импульса pT. Результаты измерений ALICE соответствуют диапазону центральностей 0-50% и pT диапазонам 1.5

ALICE 2015 fig.7
Рисунок 7 – pT-дифференциальный коэффициент эллиптического потока v2 для различных центральностей Pb-Pb столкновений при √sNN=2.76 ТэВ для различных типов частиц [7].

ALICE 2015 fig.8
Рисунок 8 – Инклюзивное сечение рождения заряженных струй в pp столкновениях при √s=7 ТэВ, полученное с использованием алгоритма анти-kT с параметром R = 0.2 (0.3, 0.4, и 0.6) в различных диапазонах ηjet [8].

ALICE 2015 fig.9aALICE 2015 fig.9bALICE 2015 fig.9c
Рисунок 9 – Фактор ядерной модификации J/ψ как функция pT в области задних (слева), центральных (посредине) и передних (справа) быстрот [9].

ALICE 2015 fig.10
Рисунок 10 – Величина , полученная с помощью CL1, V0M, V0A, ZNA, выстраивание событий в соответствии с распределением прицельного параметра (b) [10].

ALICE 2015 fig.11a
ALICE 2015 fig.11b
Рисунок 11 – Сверху: измеренный pT-спектр пионов, каонов и протонов, суммарно – частиц и античастиц, в сравнении с моделями PYTHIA6-Z2, PYTHIA6-CentralPerugia2011, PYTHIA8, EPOS LHC и PHOJET. Снизу: отношения данных к Монта-Карло расчетам [11].

ALICE 2015 fig.12
Рисунок 12 – Сила корреляций bcorr как функция ηgap в pp столкновениях в сравнении с Монте-Карло расчетами в PYTHIA Perugia 0, Perugia 2011 и PHOJET для √s=0.9, 2.76 и 7 TeV, ширина окон δη равна 0.2. Нижняя панель показыват отношение данных к Монте-Карло расчетам [12].

ALICE 2015 fig.13
Рисунок 13 – Распределение |kTy| двойных струй в p-Pb столкновениях в центральностях 0-40% (определенных по детектору V0A) и нескольких кинематических интервалах полной струи (pch+neT,jet). Показаны сравнения с расчетами в PYTHIA8 (4C, K=0.7) [13].

ALICE 2015 fig.14
Рисунок 14 – RAA для струй с R=0.2 с требованием на лидирующий трек в 5 ГэВ/c в центральностях 0-10% (слева) и 10-30% (справа) наиболее центральных Pb-Pb столкновений в сравнении с расчетами в моделях YaJEM и JEWEL [14].

ALICE 2015 fig.15
Рисунок 15 – Псевдобыстротное распределение фотонов в неупругих событиях как функция η−ybeam для pp столкновений при √s = 0.9, 2.76 и 7 ТэВ. Наложены соответствующие распределения из расчетов в PYTHIA (ATLAS-CSC) [15].

ALICE 2015 fig.16
Рисунок 16 – Сравнение фемтоскопических радиусов (гауссовых) как функция измеренной множественности заряженных частиц в различных системах сталкивающихся частиц и при различных энергиях, полученных в экспериментах CERES, STAR, PHENIX и ALICE [16].

ALICE 2015 fig.17
Рисунок 17 – (a): Усиление Φ, Λ, Ξ и Ω в Pb-Pb столкновениях при √sNN = 2.76 ТэВ в сравнении с усилением Φ в Au-Au столкновениях при √sNN = 200 ГэВ. (b): Отношение выхода частиц к выходу заряженных пи-мезонов в Pb-Pb столкновениях при √sNN = 2.76 ТэВ, Au-Au столкновениях при √sNN = 200 ГэВ и pp столкновениях при √s = 200 ГэВ, 900 ГэВ и 7 ТэВ [17].

ALICE 2015 fig.18
Рисунок 18 – Неупругие барионные выходы d2N/(dydpT) для Σ(1385) и Ξ(1530)0 [18].

ALICE 2015 fig.19
Рисунок 19 – pT-дифференциальное сечение рассеяния электронов из распадов адронов с тяжелыми ароматами в сравнении с расчетами pQCD в моделях FONLL, GM-VFNS и kT-факторизации [19].

Список литературы:

Все публикации на сайте ALICE

1. Measurement of jet quenching with semi-inclusive hadron-jet distributions in central Pb-Pb collisions at √sNN = 2.76 TeV, J. Adam et al. (ALICE Collaboration), JHEP 09 (2015) 170.
2. Measurement of charm and beauty production at central rapidity versus charged-particle multiplicity in proton-proton collisions at √s = 7 TeV, J. Adam et al. (ALICE Collaboration), JHEP 09 (2015) 148.
3. Coherent ρ0 photoproduction in ultra-peripheral Pb-Pb collisions at √sNN =2.76 TeV, J. Adam et al. (ALICE Collaboration), JHEP 09 (2015) 095.
4. Precision measurement of the mass difference between light nuclei and anti-nuclei, J. Adam et al. (ALICE Collaboration), Nature Physics 11 (2015) 811-814.
5. Measurement of charged jet production cross sections and nuclear modification in p-Pb collisions at √sNN = 5.02 TeV, J. Adam et al. (ALICE Collaboration), Phys. Lett. B 749 (2015) 68-81.
6. Inclusive, prompt and non-prompt J/ψ production at mid-rapidity in Pb-Pb collisions at √sNN = 2.76 TeV, J. Adam et al. (ALICE Collaboration), JHEP 07 (2015) 051.
7. Elliptic flow of identified hadrons in Pb-Pb collisions at √sNN = 2.76 TeV, B. Abelev et al. (ALICE Collaboration), JHEP 06 (2015) 190.
8. Charged jet cross sections and properties in proton-proton collisions at √s = 7 TeV, B. Abelev et al. (ALICE Collaboration), Phys. Rev. D 91 (2015) 112012.
9. Rapidity and transverse-momentum dependence of the inclusive J/ψ nuclear modification factor in p-Pb collisions at √sNN=5.02 TeV, J. Adam et al. (ALICE Collaboration), JHEP 06 (2015) 55.
10. Centrality dependence of particle production in p-Pb collisions at √sNN= 5.02 TeV, J. Adam et al. (ALICE Collaboration), Phys. Rev. C 91 (2015) 064905.
11. Measurement of pion, kaon and proton production in proton-proton collisions at √s=7 TeV, J. Adam et al. (ALICE Collaboration), EPJC 75 (2015) 226.
12. Forward-backward multiplicity correlations in pp collisions at √s=0.9, 2.76 and 7 TeV, J. Adam et al. (ALICE Collaboration), JHEP 05 (2015) 097.
13. Measurement of dijet kT in p-Pb collisions at √sNN=5.02 TeV, J. Adam et al. (ALICE Collaboration), Phys. Lett. B 746 (2015) 385.
14. Measurement of jet suppression in central Pb-Pb collisions at √sNN = 2.76 TeV, J. Adam et al. (ALICE Collaboration), Phys. Lett. B 746 (2015) 1.
15. Inclusive photon production at forward rapidities in proton-proton collisions at √s = 0.9, 2.76 and 7 TeV, B.Abelev et al. (ALICE Collaboration), EPJC 75 (2015) 146.
16. Two-pion femtoscopy in p-Pb collisions at √sNN=5.02 TeV, J. Adam et al. (ALICE Collaboration), Phys. Rev. C 91 (2015) 034906.
17. K*(892)0 and Φ(1020) production in Pb-Pb collisions at √sNN = 2.76 TeV, B. Abelev et al. (ALICE Collaboration), Phys. Rev. C 91 (2015) 024609.
18. Production of Σ(1385)± and Ξ(1530)0 in proton-proton collisions at √s= 7 TeV, B.Abelev et al. (ALICE Collaboration), Eur. Phys. J. C 75 (2015) 1.
19. Measurement of electrons from semileptonic heavy-flavor hadron decays in pp collisions at √s=2.76TeV, B. Abelev et al. (ALICE Collaboration), Phys. Rev. D 91 (2015) 012001.

This entry was posted in Наука. Bookmark the permalink.

Leave a Reply

Your email address will not be published. Required fields are marked *

You may use these HTML tags and attributes: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>